Edward Gorey "The Utter Zoo Alphabet" ("Странный звериный алфавит"), перевод В.Фуксмана




Ампу отчаянно хорош:
И голова, и пальцы тож.


Богерслош запереться рад
На полку за бутылок ряд.


Варанк нередко крут - обязан
Резинками он быть подвязан.


Дубиз стеснителен и скромен,
Досужий взгляд терпеть не скроен.


Епитви всё в припадках бился
И на кусочки развалился.


Фидноп высоких чувств лишён.
Под потолком дрейфует он.


Годж вроде сохраняет где-то
В пещере разные предметы.


Зумглюм крадётся и ползёт,
Ни звука он не издаёт.


Иппаги обожает дико
Все виды клея и мастику.


Желбслапу никуда не смыться,
Поскольку в банке он хранится.


Квонгдзу когтями страшен очень,
А репутацией подмочен.


Лимпфлигу ясно не вполне,
Как не прожить всю жизнь во сне.


Морк грациозен, и движенья
Его - с лицом без выраженья.


Нипси - страдалец он и хроник,
Как бы он жил, когда б не тоник?


Омбеледрум огромн и бледен,
И потому в ночи заметен.


Посби впадает в легкий транс
И исполняет некий данс.


Чингвага стонет челюстями,
Когда обедает костями.


Рэйч свисает вниз за хвост,
Намотав его на гвозд.


Скраг вызывает омерзение
И не пригоден для варения.


Твиббиту трудно иногда:
Не пальцы ног, а прям беда!


Ульп очень мал, и что обидно -
Его практически не видно.


У Физи скрип ужасный в голосе;
Нет у него манер и гордости.


Шамбулс ушами вял: курьёз
Для промоканья его слёз.


Хайк поднимается с закатом
И медленно идёт куда-то.


Цуфле глядит, глядит, глядит,
Глядит, глядит, глядит, глядит.


Что нам известно про Язета?
Один лишь был, подох - и нету.